Беларусскому барду А.Я. Круппу исполнилось бы в этом году 75 лет

О Круппе А.Я.

( из воспоминаний жены Надежды Крупп )

Студенты Политехнического института, как и намеревались, давно сделали проект скромного мемориального комплекса для установки на Чижовском кладбище, где были похоронены наши мальчики. Оказалось, что получить разрешение на его установку практически невозможно, потому что мемориалы на кладбищах запрещены нашими законами. И пока родственники погибших пытались пробить глухую стену, "лесные" друзья Арика решили эту проблему по-своему. За Столбцами, неподалёку от деревни Новый Свержень, на высоком берегу Немана, есть холм, поросший соснами, и на его вершине - большая круглая поляна. Это место очень любил Арик. Здесь ребята и решили поставить памятник своему другу. Им хотелось, чтобы памятник стоял в таком месте, где они могли бы собираться и праздновать дни его рожденья, как это бывало и до семьдесят первого года. Тут они сидели с живым Круппом у костра, слушали его песни, и сам воздух здесь был напоен воспоминаниями.

Километрах в двухстах отсюда в противоположную сторону от Минска они нашли валун около трёх метров высотой. Скинулись с очередной зарплаты, наняли автокран и платформу и перевезли валун на холм на берегу Немана.

Ребята работали несколько суббот и воскресений кряду. Среди них были инженеры-строители, и всё делалось по правилам строительного искусства: котлован, булыжник, раствор, накат брёвен, снова булыжник - и так доверху. Одним словом, делалось всерьёз и надолго.

Открытие состоялось накануне дня рождения Арика, 28 октября 1972 года. Надо же случиться такому совпадению: 30 октября - ещё и день рождения комсомола. В Минске по этому поводу в воскресные дни устраивался грандиозный субботник. Из горкома комсомола обзванивали комсомольские комитеты всех институтов, заводов и прочих организаций. И в каком-то академическом институте человек, взявший трубку, не подумав, брякнул:

- Наши все едут на Неман, на открытие памятника.

- Какого памятника?

- Арику Круппу".

И что тут началось! Немедленно позвонили Чуланову. Тот стал обзванивать всех, кого мог, с просьбой никуда не ездить. Он пришёл в пятницу на вокзал к электричке, ходил по перрону между группами туристов и упрашивал всех не ехать, намекал, что туда нагрянет КГБ... Ребята его очень далеко послали, и он ушёл, опустив голову, как побитая собака.

Событие на Немане не афишировалось. Присутствовали только минские друзья да несколько ребят из Смоленска - немногим больше ста человек. ...Камень - на бетонном постаменте. На нём - доска из нержавеющей стали с гравировкой:

А всё-таки, всё-таки хочется петь,

даже когда в сердце песням нет места...

Только б не сдаться и только б успеть

Спеть свою самую главную песню.

Арик Крупп

Вокруг - свечи, обёрнутые снаружи алым станиолем, - и алые блики падают на памятник. Бетонные вазы переполнены хризантемами. Перед постаментом - небольшой костёр, а под фотографией, укреплённой на камне, - подсвечник из фольги. В нём до утра горела свеча, и всю ночь у костра пели песни Круппа и любимые им песни других авторов. А наутро в воскресенье протянули верёвку между двумя соснами, повесили на неё несколько спальников и устроили настоящий вернисаж из фотографий Круппа.

Это место туристы так и прозвали - "Арькин камень", и каждую неделю на выходные дни сюда приходили туристские группы. Здесь всегда было чисто и всегда стояли цветы. Пионеры из соседнего села проводили здесь свои слёты. Камень никому не мешал. Но летом 1973 года ребята с удивлением увидели в металлической доске со стихами восемь пулевых прострелов. Подумали - хулиганы. Сменили плиту. К осени, ко дню рожденья Круппа, поставили новую, точно такую же.

А ещё через полтора года, летом семьдесят пятого, Минск облетела весть: нет больше Камня. Очередная группа, приехавшая сюда на выходные, увидела на его месте большую яму и вокруг - серые осколки. Местные жители рассказали, что приехал наряд милиции, заложили динамит, оцепили горку, рванули, а потом - бульдозером. Осколки, все до единого, очень скоро разобрали на сувениры.

Позже выяснилось, что прострелил камень некий Юрий, внучатный племянник белорусского писателя Якуба Коласа, работавший инструктором на ближайшей турбазе. Родовое имение Коласа находилось неподалёку, однако отнюдь не по соседству с Камнем - совсем в другой стороне от деревни Новый Свержень. Потомок Якуба Коласа возмущался тем, что на родной белорусской земле, рядом со священным местом, поставлен памятник "какому-то сионисту с его сионистскими песнями": "До чего это надо успеть тебе свою главную песню исполнить? Уж не до того ли, как ты сбежишь в Израиль?" Видимо, на большее интеллекта у потомка не хватало. Да ещё и пионерские сборы у памятника "сионисту".

Чем приглянулся Камень детишкам из соседней школы, неизвестно, но уж этого честолюбивые потомки белорусского письменника не простили. Все они были вхожи в ЦК КП Белоруссии, и добиться уничтожения Камня им труда не составило.